Антидепрессанты вызывают аутизм?

Недавно в авторитетном научном журнале Molecular Psychiatry вышла статья, которая называется «Нарушение стерольного пути во время беременности: связь с аутизмом». Авторы исследования заявили: прием некоторых лекарств во время беременности — статинов, отдельных антидепрессантов, антипсихотиков и бета-блокаторов — может быть связан с повышенным риском аутизма у ребенка. После публикации это быстро превратилось в медийные заголовки в духе «антидепрессанты вызывают аутизм». Катастрофа? Сегодня мы разберем, почему это не соответствует действительности.

Для того чтобы понять, о чем же на самом деле говорит статья в Molecular Psychiatry, мы обратились к психиатру Владимиру Пикирене. Также мы попробовали разобраться в том, почему подобные статьи появляются в авторитетных изданиях и как понять, когда есть повод в статье сомневаться.

— Для начала объясните простым языком суть исследования.

— Если очень просто: авторы взяли все лекарства, которые потенциально влияют на метаболизм стеролов (жироподобных молекул, которые входят в состав клеточных мембран и участвуют в работе гормонов, витаминов и обмена веществ. Самый известный стерол — холестерин), и ряд лекарств, которые влияют на уровень холестерина. А после сопоставили, было ли повышение вероятности аутизма у детей, если матери принимали эти препараты во время беременности. И обнаружили, что действительно есть более высокая вероятность того, что у ребенка будет аутизм, если мама что-то из этих веществ принимала во время беременности.

У неподготовленного читателя может возникнуть мысль о причинно-следственной связи: что из-за этих лекарств появился аутизм. Авторы также намекают на это в статье. Но сам по себе дизайн этого исследования не позволяет вообще рассуждать о причинно-следственных связях.

— Почему?

— Потому что речь здесь идет о статистической связи. Статистическая связь утверждает: «две вещи часто встречаются вместе», а причинно-следственная — «одно вызывает другое».

Расстройство аутистического спектра имеет очень значимое генетическое влияние и влияние ряда других факторов, связанных со здоровьем. Уже проведено довольно большое количество исследований про аутизм, потому что он на слуху, особенно в последнее время.

Например, вероятность того, что у ребенка будет расстройство аутистического спектра, если у монозиготного близнеца есть расстройство аутистического спектра, выше среднепопуляционной в 150 раз.

Если у родного брата или сестры есть расстройства аутистического спектра — в семь раз выше. Если у двоюродных — в два раза. Также на вероятность возникновения расстройства влияют пол (у мальчиков РАС встречается в четыре раза чаще, чем у девочек), возраст родителей и ряд других факторов, например ожирение, осложненные роды, инфекции, перенесенные во время беременности. Любое психическое расстройство у мамы и у папы также повышает вероятность того, что у ребенка будет расстройство аутистического спектра.

И, как видно по открытым данным в статье, все эти факторы не были полноценно учтены. Например, если мы посмотрим на те данные, которые сами авторы заявили, то в группе сравнения (которая не принимала препараты) лишь у 10% матерей была депрессия, а у тех, которые принимали препараты, — у 50%. Тревожные расстройства в группе, которая не принимала исследуемые препараты, были лишь у 20%, а у тех, кто принимал назначенные оцениваемые лекарства, — у 70%. Ожирение было чаще в полтора раза у матерей в исследуемой (принимающей препараты) группе, преждевременные роды — в полтора раза чаще, на 50% чаще — расстройства аутистического спектра, на 50% чаще — диабет.

‍

То есть причиной более частого появления расстройств аутистического спектра у родившихся детей могли быть не лекарства, а болезни, от которых люди этими лекарствами лечились: ожирение, депрессия, тревожное расстройство и т. д.

— Подойдем к проблеме с другой стороны. Если исследование, о котором мы говорим, неверное, есть ли другие, доказывающие обратное?

— Конечно! Есть множество высококачественных исследований, фокусирующихся на каждом отдельном препарате. И по всем этим лекарствам не было показано увеличение вероятности расстройств аутистического спектра, например, вот крупное обсервационное исследование, которое не показало увеличения риска любых психических расстройство от приема статинов, а здесь – крупнейшая на данный момент оценка влияния антидепрессантов не подтвердила повышение риска любых расттройств нейроразвития, включая аутистический спектр. С одной стороны — единичное исследование, в котором все лекарства «собрали в кучу» и провели «наблюдение». С другой — множество сфокусированных на отдельных препаратах или группах исследований, проведенных по очень строгим протоколам.

— Почему же подобная статья появилась в Molecular Psychiatry?

— Предполагаю, по причине банального хайпа. Даже людям науки ничто человеческое не чуждо. В самых хороших журналах периодически попадаются тенденциозные статьи. Их финансирование нередко зависит от того, как часто их просматривают и цитируют. Журналы часто зарабатывают на подписках, университеты покупают подписку на журналы. И чем более популярны у них статьи, чем чаще их читают, перепечатывают, цитируют, тем больше издательство на этих статьях зарабатывает.

— Как вы думаете, какая судьба у этой статьи будет в дальнейшем?

— Как и большинство других неудачных статей, рано или поздно это исследование отзовут или опубликуют критический разбор с опровержением. Такое регулярно происходит, причем значительно чаще именно в авторитетных научных изданиях, так как там каждая публикация внимательно изучается профессиональным сообществом, и если к ней есть вопросы — пишут обоснованные возражения. Редакция журнала их рассматривает и, если согласна с претензиями, печатает их или отзывает первую статью из публикации.

Правда, весь этот процесс может занять полгода, даже год, а то и несколько лет. Все это время публикация может цитироваться различными СМИ, и таким образом будет распространяться информация, которую мы можем назвать как минимум сомнительной или недоказанной.

— Вы можете вспомнить громкие примеры, когда отзывали публикации такого рода?

— Одним из самых известных примеров стала история со статьей Эндрю Уэйкфилда, опубликованной в 1998 году в журнале The Lancet. На основании наблюдений всего за 12 детьми авторы обсуждали предполагаемую связь между вакциной MMR (против кори, паротита и краснухи), кишечными нарушениями и расстройствами аутистического спектра. Работа не доказывала причинность, но была воспринята как научное подтверждение тезиса «вакцины вызывают аутизм».

Позже часть соавторов отказалась от этой интерпретации, а в 2010 году The Lancet полностью отозвал статью. Этот случай стал академическим примером того, как слабое исследование в престижном журнале может породить долгоживущий медицинский миф. Настолько долгоживущий и крепкий, что в него до сих пор верит нынешний министр здравоохранения США.

Скажу больше: существует целый список отозванных статей, авторы которых — нобелевские лауреаты. И их в этом перечне достаточно много — целых 22 позиции.

— Есть ли какой-то способ защититься от такой дезинформации у рядового человека и у редакций?

— Увы, это непросто. Рядовому читателю я бы советовал не полагаться на информацию из одного источника. Когда вы слышите про очередное громкое разоблачающее «исследование», не спешите принимать его на веру. Держите в голове слово «возможно». Допускайте, что через год может оказаться, что прививки не вызывают аутизм, а вот отсутствие прививки от кори может действительно нести смертельную опасность.

Гарантировать вам 100% достоверность всей научной информации невозможно, с этим надо смириться.

Что же касается редакций СМИ, я рекомендовал бы внимательнее читать исследования перед публикацией статьи. Особенно раздел Discussion (обсуждение), а в нем подраздел Limitations (ограничения). В этом разделе сами авторы часто пишут, как не следует понимать полученные данные. В нашем случае такие оговорки тоже были. Авторы писали, что не смогли адекватно рассмотреть в этом наборе данных роль всех возможных сопутствующих заболеваний, а также факторы окружающей среды и факторы питания. У них не было информации о дозе и продолжительности приема препаратов. Все это не было учтено, и они это признают. Также они пишут: «Мы настоятельно предостерегаем от чрезмерной интерпретации наших результатов, особенно при попытке экстраполировать результаты исследований на взрослых пациентов».

‍